Центр стратегического коучинга и психотерапии Дамиана Синайского
Центр стратегического коучинга и психотерапии Дамиана Синайского
æ ä ð
Звоните и пишите |
+7 926 672 45 95 (Москва)
(495) 128-93-48 (Москва)
(812) 602-76-38 (С.-Петербург)
Skype: damian.synaysky
E-mail: DamianSynaysky@gmail.com

Множественные миры Германа Грефа

Год назад написал статью о Грефе, как ярком представителе лидеров нашей эпохи. Отправил в один журнал, там сказали, что статья интересная, но лучше опубликовать в другом журнале... На одном крупном ресурсе про менеджмент мне прямо сказали, что не хотят связываться с Грефом... Так начались "мытарства моей статьи". Я не спешил и нашел журнал "Союз писателей", где не испугались и рискнули опубликовать в 1-ом номере 2018 года. Как раз подоспел Гайдаровский форум и уже сам Греф произнес, возможно, пророческие слова (его бессознательное проговорилось): «Люди, которые несут большую ответственность, не важно, лидеры ли это государства (я им вообще не завидую) или лидеры крупных компаний, в шкуре которого и я нахожусь, — это во многом паранойя. Паранойя этого конца, потому что, не дай Господь Бог, ты приблизишь этот конец и войдешь в историю компании (в моем случае, это 176-летняя история), как человек, который приблизил конец!» Как раз об этом я и написал год назад... 

 

Отцы их ели кислый виноград, а у детей на зубах оскомина (Иер. 31, 29)      

  
Часть 1. «Греф и его «Слава»

Дело было в Стэнфорде, в лаборатории виртуальной реальности. Группа ведущих руководителей Сбербанка о чем-то оживленно беседуют. Представьте комнату, нашпигованную камерами. В центре закреплен шлем виртуальной реальности. За стеной целая батарея компьютеров. Коротко разъясним. Дополнительная реальность, виртуальная, воображаемая. Взаимодействие пользователя с системой виртуальной реальности сопровождается чувством присутствия – иллюзией реальности виртуального пространства. Рассказы писателей-фантастов прошлого о будущем стало реальностью. Возникновение чувства присутствия определяется технологическими и психологическими факторами.  Виртуальная реальность – это созданный техническими средствами мир, в котором человек ощущает себя как в реальном мире. Степень того, насколько человек ведет и ощущает себя в виртуальной реальности – это степень погружения.  Искусственно воссозданная реальность смешивается с информацией действительного мира.  

Герман Греф, один из лучших управленцев в нашей стране, президент и председатель правления банка, просит заведующего лабораторией провести тренинг для своего сотрудника «Славы» по повышению уровня эмпатии (сопереживания, человечности). «Слава» надевает шлем виртуальной реальности и погружается в воображаемую реальность. При этом окружающая подлинная реальная жизнь зримо и незримо присутствует в обсуждениях наблюдающих коллег, их словах и взрывам смеха.

Заведующий лабораторией моделирует виртуальную ситуацию, в которой «Слава» трансформируется в чернокожую красивую женщину. Эффект правдоподобности и присутствия становится максимально подобен подлинной реальности. «Славе» необходимо пройти мимо белого мужчины, как его представил Г. Греф, расистом, сексистом, который ненавидит черных и женщин. Данный тип настолько мерзок, что, как говорит Греф, он сам не прочь с ним разобраться.

Но «Слава» не нуждается в помощи Патрона. Своей эмпатии «Славе» хватает лишь на 10 ничтожных секунд, которые к тому же длятся бесконечно. Он не выдерживает подначек белого мужчины и со всего размаха бьет его кулаком, затем еще и еще раз. Виртуальный бедняга падает. И тут, войдя в раж, «Слава» что есть силы, с разбега, цитирую Грефа: «бьет свою жертву ногой»...

...Герман Оскарович так ярко и смачно рассказывает, что присутствующие в зале, а это топы и лидеры Сбербанка, начинают громко хохотать. Греф удовлетворен своим рассказом...

Поразмышляем о подлинной и воображаемой реальности, о подлинном и воображаемом благородстве и эмпатии, то бишь, простой человечности руководителей Сбербанка.

Очевидно, «Слава» один из руководителей и лидеров самого крупного банка России. Он суперпрофи, блестяще образован, харизматичен, настоящий лидер. Этакий  аристократ, денди  Генри Джекил. Он сдержан и контролирует каждый свой шаг, у него большая сила воли. Все эти качества помогли ему совершить столь блестящую карьеру и стать во главе самого Сбера рядом с самим Грефом.

Но вот надевается шлем и границы внутреннего самоконтроля и сознательной самоцензуры растворяются и Бессознательное берет, столь долго ожидаемую, власть над благородной личностью в свои руки. Ящик Пандоры открывается и на сцену жизни уверенно выходит, высокомерно ухмыляясь, лощеный Эдвард Хайд, агрессивный, злобный, жестокий и подлый. Превращение произошло. Парадокс  в том, что на сознательном уровне мы можем отрицать существование бессознательных процессов, но на уровне поведения и действий мы переживаем эти процессы каждый раз, когда сталкиваемся со сложными ситуациями.

«Слава» становится Другим, при этом оставаясь самим собой. Его Бессознательное полностью овладело его Сознанием, но он этого не осознает. В той воображаемой реальности «Слава» «сознательно» бьет своего, созданного в воображении, врага, бьет с упоением, получая даже какое-то, неведомое ранее, наслаждение. Он бьет мнимого расиста и сексиста, даже не пробуя поговорить, вступить хоть в какой-то контакт, проявить, как любит говорить Греф, коллаборацию (сотрудничество),  эмпатию, все же он не «простой» человек, он сильный лидер и харизматичный руководитель.

Можно сколько угодно говорить об эйджайле, скраме, изменениях, мягких компетенциях и культуре... Но когда дело доходит до конкретного клиента (а таковым может вполне быть данный виртуальный сексист), то вся лощеность и пафос куда-то деваются и мы видим супертопа супербанка, который в контексте Бессознательных механизмов не владеет даже собой, что ж говорить о его подлинном отношении к простому клиенту.
       
Попробуем продолжить и завершить портрет «Славы», тем более он также выступал на встрече с лидерами.

Он человек проницательный, глубокий. Имеет ярко выраженные лидерские амбиции, чрезвычайно компетентен, умеет убеждать. Большое желание к доминированию. Прекрасный организатор, творчески относится к работе и к жизни, с хорошо развитой интуицией. Это когда он в сознательной реальности. Но стоит его сильно задеть или обидеть, Джекил может превратиться в Хайда и «Слава» становится скрытым, неискренним  субъектом, готовым мстить.

Внешне подобные руководители могут зачастую поражать своих подчиненных и коллег своей навязчивой дотошностью, преувеличенным педантизмом. При этом быть корректными и скрупулезными. Они не могут позволить себе и другим проявление ярких эмоций. Как правило, такие менеджеры чрезвычайно уравновешены и холодны в проявлениях любви и ненависти. Гнев может проявлять себя как бессознательный мотив данного характера. У таких руководителей сдержанное выражение лица, они серьезны и несколько высокомерны. Походка статная и размеренная. Для них, очевидно, что они должны скрывать любое проявление ненависти, возбуждения, любого чувства. Их речь очень грамотна, мягка, выразительна. Самообладание и утонченность никогда не покидают их на людях. В общем, на публике они старательно разыгрывают из себя английского аристократа. Имея потребность в статусе, влиянии, престиже, многие нарциссические личности со временем оказываются на лидерских позициях.

Способность нарциссов манипулировать окружающими и их умение быстро устанавливать поверхностные отношения помогают им при продвижении по карьерной лестнице. Они часто успешны в начале, особенно в тех областях, где они могут удовлетворять свои амбиции в достижении популярности и славы. Порой, к сожалению, влияние, статус и престиж более важны для данных руководителей, чем подлинная приверженность целям и результативности организации. Как итог, вследствие амбициозной, эгоистической мотивации, их успех носит временный характер. Многие лидеры находятся в диапазоне нарциссизма от здорового самоуважения до патологического эгоцентризма.

Поведение нарциссов может вызвать неодобрение и даже быть иррациональным. Они воспринимают себя как лидеров высшего сорта, пророков, особенных людей, избранников, которым даровано право на особые права и привилегии. Такое представление о собственной ценности настолько прочно закрепилось в их сознании, что у них редко возникает вопрос, соответствует ли оно окружающей действительности. Руководители подобного психотипа создают внутри себя образ трудолюбивого, добросовестного, преданного человека, эффективного, надежного. Добавлю лишь, что в личных, любовных отношениях наши руководители сразу занимают главенствующую роль и оставляют за своей избранницей только один выбор - подчиниться.

В своей частной практике я работал с одним клиентом. Это был классический случай застенчивого и сдержанного человека, который участвовал в социальных сетях, в виртуальном, воображаемом пространстве. У него было бессознательное желание почувствовать себя женщиной. И вот  он надевал маску-шлем раскрепощенной, даже порочной, женщины, и позволял себе «отрываться» по полной, вступая в виртуальные сексуальные отношения с множеством виртуальных любовников. Реальная личность этого застенчивого мужчины, его социальное «Я» представляла собой вторичную защитную идентичность, которую он принимал как маску, ведь биологически он мужчина. При этом он подавлял свое бессознательное внутреннее «Я», ядро своей психологической идентичности, которую и составляла на тот момент раскрепощенная женщина, для которой он мог найти выход только в мечтах и в анонимном виртуальном киберпространстве, в сообществе сексуальных игр.        
                       
Помните старый китайский парадокс (коан) Чжуан-цзы, который пробудился от сна, в котором он был бабочкой, и задал себе вопрос: «Откуда мне знать, что я не бабочка, которой теперь снится, что она человек?» Не является ли мой клиент на самом деле раскрепощенной женщиной, которой снится, что она – застенчивый мужчина? Не является ли наш герой «Слава» на самом деле расистом, который в силу своей социальной персоны-маски, должен играть роль преуспевающего топ-менеджера банка...

Сам Греф также побывал в шлеме. В своей воображаемой реальности, ему нужно было пройти на большой высоте по узкой дощечке. Как он сам говорит, после этого испытания, его рубашка так намокла, что хоть выжимай, а мышцы ног тряслись еще полдня. Можно только представить сколько страхов обитают в Бессознательном Грефа...


Часть 2. Правила по умолчанию

Вот небольшой отрывок речи Германа Грефа на Петербургском Экономическом Форуме:

«Вы говорите страшные вещи. Вы предлагаете передать власть фактически в руки населения. Как только простые люди поймут основу своего я, самоидентифицируются, управлять, т.е. манипулировать ими будет чрезвычайно тяжело. Люди не хотят быть манипулируемы, когда имеют знания».

При этом глава Сбербанка ссылался на великих мыслителей, «таких как Лао Цзы», которые придумали свои теории, «зашифровывая их, боясь донести до простого народа». Он также напомнил о Конфуции, начинавшем как демократ, а затем создавшем учение о разделении общества на страты...

«В иудейской культуре, Каббала давала науку жизни и три тысячи лет была секретным учением, потому что люди понимали, что такое снять пелену с глаз миллионов, сделать их самодостаточными. Как управлять ими? Любое массовое управление подразумевает элемент манипуляции… Как жить, как управлять таким обществом, где все имеют возможность судить напрямую, получать не препарированную информацию, не через обученных правительством аналитиков, политологов и огромные машины спущенных на головы СМИ, которые как бы независимы, а на самом деле, мы понимаем, что все СМИ заняты сохранением страт?.. Как в таком обществе жить? Мне от ваших рассуждений становится страшновато, честно говоря».

Попробуем проанализировать речь Грефа. Витгенштейн проницательно заметил: «Границы моего языка определяют границы моего мира».

Идеи Грефа перекликаются с философией «либерального патернализма». Суть в следующем: политические элиты, «архитекторы выбора», должны тащить массы твердой рукой к светлому будущему, не лишая избирателей иллюзии, будто бы от их мнения что-либо зависит. Достигается это путем внедрения в массовое сознание системы «правил по умолчанию». Автор этого направления Санстейн пишет:

«Правила по умолчанию, освобождающие от обязанности выбирать, делают жизнь лучше и свободнее. Таких правил не избежать, без них не обойтись… Они имеют огромное значение: люди могут соблюдать правила по умолчанию, даже если они им не нравятся. Люди уверены, что если архитекторы выбора предпочли одно правило другому, значит, этот выбор и есть самый лучший…»

Для создания «правил по умолчанию» профессор советует воспользоваться приемом из практики любого магазина. Специалисты по продажам хорошо знают, что выбор покупателей в первую очередь зависит от того, как расположены продукты на полках магазина: чаще всего покупатели берут тот товар, который расположен на уровне глаз. Точно таким же образом люди ведут себя и при принятии важных решений в политике и экономике, абсолютно выбирая то, что за них уже выбрали «архитекторы выбора».

Продолжим. Вот что пишет профессор Калифорнийского университета Г. Шиллер:

«Для достижения успеха манипуляция должна оставаться незаметной. Успех манипуляции гарантирован, когда манипулируемый верит, что всё происходящее  естественно и неизбежно, и сам факт манипуляции не отражен в памяти субъекта. Короче говоря, для манипуляции требуется фальшивая действительность, в которой ее присутствие не будет ощущаться».

Зачастую эту фальшивую действительность создают СМИ. Они служат информационными фильтрами, формируют повестку дня и являются ретранслятором авторитетных мнений, которые усваиваются людьми, а затем воспринимаются ими как свои собственные. Особо тщательно скрывается главная цель – чтобы даже разоблачение самого факта попытки манипуляции не привело к выяснению дальних намерений. Воздействие, которое требует значительного мастерства и знаний.
Поскольку манипуляция общественным сознанием стала технологией, появились профессиональные работники, владеющие этой технологией. К людям, сознанием которых манипулируют, относятся не как к личностям, а как к объектам, особого рода вещам, лишенным свободы выбора. Манипуляция – это часть технологии власти, а не воздействие на поведение друга или партнера.

А недавно уже академик Ковальчук на одной из встреч призвал Путина, по сути, брать пример с западных манипуляторов общественным мнением. На заседании Совета по науке и образованию при Президенте РФ 21 января Михаил Ковальчук процитировал слова Пастернака о Ленине: «Он управлял теченьем мысли. И только потому страной». И пояснил: «Мы должны управлять течением мысли в конкретных направлениях».   Круг замкнулся. 

Эрих Фромм, предчувствуя последствия безудержного накопления капитала, писал: «Следует запретить все методы промывания мозгов», используемые в рекламе и политической пропаганде. Эти методы опасны тем, что они вынуждают нас избирать тех политических деятелей, которых мы никогда не избрали бы, если бы полностью контролировали себя. Но мы далеко не полностью контролируем себя, так как пропаганда использует методы гипнотического воздействия на людей. Мы должны запретить применение всех форм гипнотического воздействия на людей.  Используемые в рекламе и политической пропаганде гипнотические методы являются серьезной угрозой психическому здоровью, особенно ясному и критическому мышлению и эмоциональной независимости…

Это наступление на разум и чувство реальности везде преследует человека, ни на миг не оставляя его в покое: и во время многочасового сидения у телевизора, и за рулем автомобиля, и в ходе предвыборной кампании… Прекращение отравления населения средствами массового внушения окажет на потребителей почти такое же воздействие, какое оказывает на наркоманов воздержание от приема наркотиков».
Известный телеведущий Дмитрий Дибров недавно в интервью телеканалу «Дождь», сказал честно: «Эрнст (генеральный директор 1 телеканала) с большим вкусом и меньшим остервенением – занимается промыванием мозгов, чем другие коллеги».

Интересный факт приводит в своей работе «Бегство от свободы» Эрих Фромм:

«Сходим на сеанс гипноза. Вот субъект А; гипнотизер Б погружает его в гипнотический сон и внушает ему, что, проснувшись, он захочет прочесть рукопись, не найдет ее, решит, что другой человек, В, эту рукопись украл и очень рассердится на этого В. Проснувшись после гипноза он в беседе заявляет: «Да, кстати! Я написал недавно рукопись. Она у меня с собой, давайте я Вам прочту». Он начинает искать рукопись, не находит ее, поворачивается к В и спрашивает, не взял ли тот его рукопись. В отвечает, что не брал, что никакой рукописи вообще не видел. Внезапно А взрывается яростью и прямо обвиняет В в краже рукописи, затем он приводит доводы, из которых следует, что В – вор. Он от кого-то слышал, что его рукопись крайне нужна В, В воспользовался моментом… и т.д. и т.д. Мы слышим не только обвинения в адрес В, но и целый ряд рационализаций, которые должны придать этим обвинениям правдоподобный вид. Естественно, что все они ложны и прежде никогда не пришли бы ему в голову».

Что доказывает гипнотический эксперимент, а особенно послегипнотическое поведение? Он доказывает, что у нас могут быть мысли, чувства, желания и даже ощущения, которые мы субъективно воспринимаем  как наши собственные, хотя на самом деле это не так. Мы действительно испытываем их, но они навязаны нам со стороны, по существу, нам чужды и могут не иметь ничего общего с тем, что мы думаем и чувствуем на самом деле. Описанный нами эксперимент показывает, что субъект, во-первых, чего-то хочет (прочесть свою рукопись); во-вторых, нечто думает (что В ее взял); в-третьих, что-то чувствует (раздражение против В). При этом все три психических акта – его волевой импульс, мысль и чувство – не являются результатом его собственной психической деятельности. Они не возникли в нем самом, они заложены в него, но при этом ощущается так, как если бы были собственными. Человек может быть убежден в спонтанности своих психических актов, в то время как они возникают под влиянием другого лица в некоторых специальных условиях.

Содержание наших мыслей, чувств, желаний привнесено извне и данные псевдоакты являются правилом. А вот подлинные самобытные мысли и чувства в наше время уже являются скорее исключением. Псевдомышление, псевдожелания, псевдочувства – вот в такой матрице мы проживаем свою псевдожизнь.


Часть 3. Каста неприкасаемых

Помните слова Грефа о нашей стране, как стране дауншифтере. В той речи он провозгласил окончательное технологическое отставание России от Америки. Сам Греф подчеркивает, что является открытым поклонником и фанатом мирового центра технологий, Кремниевой долины. Давайте рассмотрим поближе, что помогает безудержно творить и креативничать людей работающих в самой Долине.

Как оказалось, они творят, используя психоделики. Приём наркотика ЛСД малыми дозами стал новым рабочим инструментом сотрудников технологических корпораций. Галлюциногенные свойства этого наркотика общеизвестны. В последние несколько лет технологическая Кремниевая долина буквально помешалась на регулярном приёме небольших доз наркотика с целью создания дополнительной воображаемой реальности. Считается, что накотики в небольших дозах помогают увеличить креативность и улучшить работоспособность. Если в 1980-х кокаин питал энергией Уолл-стрит (помните фильм с ди Каприо «Волк с Уолл-стрит»), то с 2010 годов наркотик ЛСД питает идеями Кремниевую долину.

Эти люди создают новые реальности не только для себя, но и создают новую реальность для будущего всего нашего общества. Страшновато как-то… Последний хит – химическая стимуляция мозга ноотропами (препараты) и одновременно микродозы ЛСД. И ведь в руках, вернее, в головах и виртуальной реальности этих специалистов действительно находится наше будущее. Предприниматели, инженеры, маркетологи, программисты, аналитики объясняют: если хочешь быть лучшим в своём деле необходимо принимать наркотик, чтобы добиться цели. В январе 2017 года вышла книга американской писательницы Айлет Уолдман «Очень хороший день: как микродозинг (ЛСД) изменил моё настроение и жизнь». «Они стали частью моей жизни, почти как чашка кофе, только лучше. Ты больше чувствуешь себя собой». Занавес.

Тем временем, об опасности виртуальной реальности и искусственного интеллекта предупреждают выдающиеся мыслители  современности, такие, как Клаус Шваб – основатель и Президент всемирного экономического форума в Женеве (Швейцария), Митио Каку – квантовый физик и футуролог, Илон Маск (не нуждается в представлении).

Громадное социальное расслоение создаёт негативный психологический фон, который выражается в ненависти к окружающим. Наша Россия – абсолютный лидер по числу людей с заболеваниями психики. По статистике в России 25 процентов населения нуждаются в психиатрической помощи. Я не оговорился, не в психологической, а в психиатрической помощи. Каждый четвёртый! По данным Министерства труда для 85% россиян работа приносит стресс и болезни. Почти 80 процентов российских школьников имеют психические расстройства и аномалии, по данным главного психиатра Министерства здравоохранения, генерального директора Центра психиатрии и наркологии имени Сербского Зураба Кекелидзе. Публикуется статистика, что 60 процентов современных лидеров государств и корпораций страдает различными формами психических аномалий и отклонений.

Само по себе неуёмное, выраженное стремление к власти можно отнести к психопатической симптоматике. Сегодня руководитель – один из самых психологически неустойчивых элементов в любой корпорации. Со всех сторон на него давит тяжесть ответственности, различных осознаваемых и бессознательных страхов, молчаливое давление коллектива сотрудников. Под влиянием всех этих факторов часто у руководителей проявляются психические патологии. К сожалению для всех нас, сегодня они свойственны практически большинству наших руководителей. Они просто не в состоянии справиться с огромным грузом нависших над ними и давящих проблем.

Борьба Грефа за свой определённый и устойчивый образ есть в большей степени борьба его с самим собой. Герой Грефа является сам своим автором, осмысливает свою собственную жизнь эстетически, как бы играет роль.   Заведующий кафедрой психологии личности МГУ Александр Асмолов считает, что выступление Грефа – это плод его собственного психотерапевтического излечения от отчаяния, от невротизирующей ситуации везде.

В Японии касту неприкасаемых зовут буракумин, это те люди, которые вступают в контакт с мертвой плотью: мясники, кожевенники, могильщики. Сегодня при современной демократии их больше не презирают открыто. Но они, молча, игнорируются. Корпорации и фирмы не берут их на работу, родители запрещают своим детям заключать с ними брак. Эта вопиющая проблема дискриминации под политкорректным предлогом, как бы их не оскорбить, просто молчаливо и повсеместно игнорируется. Японская писательница Суэ Сумии в детстве испытала глубокую душевную травму. Ее потрясло увиденное. Ее родственник для выражения почтения императору забрался в туалет, чтобы сохранить кусок фекалий императора в качестве сакральной реликвии.

В психоанализе фекалии символизируют деньги. Вот что пишет основоположник психоанализа Фрейд:

«Везде, где был или остается господствующим архаический способ мышления – в древних культах, мифах, сказках, суевериях, в бессознательном мышлении, в сновидении и неврозе, – деньги состоят в самых интимных отношениях с нечистотами». Исследуя аналитически истории раннего детства своих очень богатых пациентов, Фрейд обратил внимание, что «наиболее изобильно представлены отношения, каковые обнаруживаются между такими несовместимыми с виду комплексами, как интерес к деньгам и дефекация». 

К чему может привезти попытка контролировать, манипулировать и управлять чужой жизнью прекрасно описал Э. По. Чтобы сохранить жизнь пациенту, герой рассказа вводит его в гипнотический сон.

«...Всем нам было ясно, что, разбудив мистера Вальдемара, мы вызовем немедленную или, во всяком случае, скорую смерть. С тех пор и до конца прошлой недели – в течение почти семи месяцев – мы ежедневно посещали дом мистера Вальдемара, иногда в сопровождении знакомых врачей или просто друзей. Всё это время спящий оставался в точности таким, как я его описал в последний раз. Сиделки находились при нем безотлучно. В прошлую пятницу мы, наконец, решили разбудить или попытаться разбудить его, и, быть может, именно злополучный результат этого последнего опыта породил столько толков в различных кругах и столько безосновательного, на мой взгляд, возмущения. Чтобы вывести мистера Вальдемара из гипнотического транса, я прибегнул к обычным пассам. Некоторое время они оставались безрезультатными. Первым признаком пробуждения было частичное ощущение радужной оболочки глаз. Мы отметили, что это движение зрачков сопровождалось обильным выделением из-под век желтоватой жидкости с крайне неприятным запахом. Мне предложили воздействовать, как прежде, на руку пациента. Я попытался это сделать, но безуспешно. Тогда доктор Ф. пожелал, чтобы я задал ему вопрос. Я спросил: – Мистер Вальдемар, можете ли вы сказать нам, что вы чувствуете или чего хотите? На щеки мгновенно вернулись пятна чахоточного румянца; язык задрожал, вернее, задергался, во рту, хотя челюсти и губы оставались окоченелыми и тот же отвратительный голос, уже описанный мною, произнес: – Ради Бога! Скорее! Скорее! Усыпите меня или скорее разбудите! Скорее! Говорят вам, что я мертв. Я был потрясен и несколько мгновений не знал, на что решиться. Сперва я попытался снова усыпить пациента, но, не сумев этого сделать из-за полного ослабления воли, я решил в обратном направлении и столь же энергично принялся его будить. Скоро я увидел, что мне это удается, по крайне мере, я рассчитывал на полный успех и был уверен, что все присутствующие тоже ждали пробуждения пациента. Но того, что произошло в действительности, не мог ожидать никто. Пока я торопливо проделывал гипнотические пассы, а с языка, но не с губ, страдальца рвались крики: «Мертв! Мертв», всё его тело – в течение минуты или даже быстрее – осело, расползлось, разложилось под моими руками. На постели перед нами оказалась полужидкая, отвратительная, гниющая масса».

В вопросе социально-экономических отношений господства, связанных с постсоветской действительностью, в лице Грефа и прочих наших лидеров, мы сталкиваемся с тупиком Двойника, который одновременно походит на себя и несет в себе некое жуткое дополнительное измерение какой-то безысходности для нас, простых людей. Этот Двойник Грефа содержит в себе фигуру Злого Гения, который стремится установить полный контроль над нашей жизнью.

Нам не стоит ждать, пока нас усыпят, чтобы потом разбудить пассами. Нам не стоит поддаваться технологически изощренному гипнозу со стороны всевозможных Двойников. Не стоит сладко засыпать, не стоит… 


 

Дамиан Синайский, 
коуч по лидерству, эксперт-психоаналитик,
Руководитель Центра стратегического коучинга  и психотерапии «Ценности Инноваций»

 

Статья опубликована в №1/2018 литературно-художественного журнала "Союз писателей" (стр.120)